Фото: kremlin.ru

Евразийский экономический совет: газ, нефть и пенсии

Заседание Высшего Евразийского экономического совета под предводительством российского президента Владимира Путина петербуржцам, в первую очередь, запомнился титаническими пробками в центре города. Однако была у заседания и содержательная часть.

7 декабря 2018 в 17:39 | Автор: | Категории: Власть

Фото: kremlin.ru

Конечно, в первую очередь привлек к себе внимание президент Белоруссии Александр Лукашенко, публично пошедший в атаку на Владимира Путина. Президенты стран-участников ЕАЭС в числе прочего утверждали программы формирования общего рынка газа, а также нефти и нефтепродуктов. А политика цен на энергоносители Александра Лукашенко никогда не устраивала.

Газовый вопрос

Минск, как объявил Лукашенко на заседании, настаивает на том, чтобы цена за транзит газа была одинаковой для России и Белоруссии. Сейчас она для Белоруссии втрое выше — $3 за транспортировку тысячи куб.м на 100 км против $1. Конечная цена газа поэтому тоже выше. Ниже, чем для Западной Европы, но все-таки выше, чем в России.

В принципе, программа создания общего рынка предполагает единую тарифную политику, но к 2025 году. К этому времени внутренние цены на газ в России как раз и могут сравняться с экспортными. Тогда Москве не придется переживать из-за того, что Минск перепродает российский газ по рыночным ценам.
Белоруссии же хотелось бы сравнять цены относительно сегодняшнего положения дел. Поэтому Александр Лукашенко снова зашел с козырей, напомнив об общей войне с Гитлером и даже заговорил о рисках «дезинтеграционных процессов». То есть намекнул, что может и выйти из ЕАЭС. Козыри старые, поэтому никого не напугали, и Лукашенко был бит. На закрытой части заседания белорусскому президенту пришлось даже извиняться перед Путиным.

Так что программу приняли, и теперь на повестке дня создание бирж и переход к биржевой торговле газом. Для стран-производителей газа, в первую очередь России, важно получение доступа к газотранспортным системам стран-потребителей, в первую очередь Казахстана, который, правда, одновременно газ и экспортирует, но далеко не в тех объемах, зато имеет газопровод в Китай. Не менее важно разрушение монополии на экспорт газа — этим сможет заниматься не только Газпром.

Нефтяной вопрос

Есть версия, что Александра Лукашенко больше волнует не газ, а нефть: несколько месяцев два президента обсуждали вопрос компенсаций белорусскому бюджету от российского налогового маневра с отменой экспортных пошлин. Сейчас эта пошлина за приобретаемую и реэкспортируемую нефть остается в Белоруссии — теряет и российский бюджет, но в России выпадающие доходы компенсируют ростом налога на добычу нефти, а в Белоруссии компенсировать нечем. В сентябре чиновники заявляли по итогам переговоров, что вопросы как-то удалось решить, но, по всей видимости, не окончательно, а если даже и окончательно, то не полностью.

Во всяком случае, сейчас Лукашенко собирается обсудить вопрос компенсаций еще раз: сначала встретятся вице-премьеры, затем премьеры, а в начале года и президенты. Скандальное выступление по газу на саммите в Петербурге может помочь ему добиться понимания в нефтяном вопросе.

Платежный и пенсионный вопрос

Еще Владимир Путин обратился к коллегам с предложением подумать над созданием единой расчетной системы, то есть аналога SWIFT, от которой России периодически грозят отключить (и от нее частично отключен Иран, временное соглашение о создании зоны свободной торговли с которым также было утверждено на саммите — по плану, она должна в полной мере заработать через три года).

Так что российский президент уже несколько раз призывал к созданию альтернативной системы. В сентябре участники ЕАЭС уже подписали соглашение о гармонизации финансового законодательства. Общая финансовая система — ее предполагается создать тоже к 2025 году — не только позволит им чувствовать себя более независимыми, но и даст взаимный общий доступ к банковскому и страховому рынку. Впрочем, этот вопрос пока остается предметом будущего обсуждения.

А в более отдаленной перспективе у президентов стран-членов ЕАЭС есть и другие интересные темы. Например, договор о пенсионном обеспечении, проект которого был утвержден летом: идея в том, чтобы граждане ЕАЭС были уравнены в правах, и каждая страна платила бы трудящимся пенсию за ту часть стажа, что отработан на ее территории. Считается, что это поможет легализации мигрантов. Но как показывает недавняя практика, пенсионные вопросы способны вызвать у населения очень много вопросов.

Заметили ошибку в тексте? Пожалуйста, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

Экспорт нефти и газа

Нефть, нефтепродукты и газ — главные экспортные товары России, на них приходится 62,5% доходов от годового экспорта страны, или $223 млрд за 2017 год.

В десятку крупнейших покупателей российских энергоресурсов входят Нидерланды (16% годового экспорта минеральных продуктов), Китай (15,7%), Германия (6,6%), Южная Корея (4,9%), Польша (4,6%), Япония (4,3%), Италия (4,1%), Беларусь (3,9%), Турция (3,5%), Финляндия (2,7%).

Подробнее

В начале 2000-х годов российская экономика подхватила «Голландскую болезнь» — эффект Гронингена — негативный эффект, оказываемый укреплением курса национальной валюты на экономику. Эффект получил название от Гронингенского газового месторождения, открытого в 1959 году на севере Нидерландов. Стремительный рост доходов от экспорта газа привел к укреплению национальной валюты, падению экспорта продукции обрабатывающей промышленности, увеличению инфляции, безработицы, падению реальных доходов населения. Рост цен на нефть в середине 1970-х и начале 1980-х годов вызвал подобный эффект в Саудовской Аравии, Нигерии, Мексике.

Зависимость российской экономики от экспорта энергоресурсов усиливалась начиная с 1998 года, когда нефтяные котировки достигли минимальных отметок — $11 за баррель, что стало одной из причин дефолта России в 1998 году. Тогда страны ОПЕК сумели договориться о сокращении добычи нефти, и к середине 2000 года цены достигли $30 за баррель. К январю 2008 года, впервые за всю историю, цена бочки нефти превысила $100, а в июле того же года котировки нефти достигали $147.

В октябре 2008 года из-за стремительного развития глобального экономического кризиса цена на нефть рухнула до $67 за баррель, что привело к катастрофическому обвалу рубля и дефициту бюджета. В 2009-м цены начали восстанавливаться, добравшись в 2013-м до отметки в $125 за баррель. Но с середины 2014 года из-за избытка сырья на рынке, вызванного, в частности, ростом добычи сланцевой нефти в США, нефть сталатерять в цене. К началу 2016-го из-за отмены санкций в отношении Ирана стоимость бочки нефти опустилась до $27,72. В декабре 2016-го страны ОПЕК и Россия договорились о сокращении добычи нефти, что позволило вернуть цены к росту.

МГ следит за динамикой цен на нефть.

Читайте также:

Загрузка...
Экспертный Консалтинг